Анна САЕД-ШАХ
Потеря близких, но старых и больных родственников не так стимулирует ощущение неизбежности, как глупая, трагическая или просто совершенно неожиданная смерть здорового жизнелюбивого ровесника
Я стала по утрам с большей тщательностью отбирать нижнее белье, чтоб не было стыдно, если вдруг задавит машина или сердце возьмет да и подпишет заявление об уходе посреди незнакомой улицы.
На очередное сообщение: 'Он умер не своей смертью' - я обреченно умничаю: 'Не своей? А чьей же?' ...Когда-то Лохматый работал таксистом. Не потому, что больше ничего не умел, а из протеста. Его покойный родитель завещал сыну стать дипломатом. Сам же, отслужив верой и правдой вождю, с нетерпением дожил свой век и водворился на Новодевичьем кладбище, чего желал и любимому позднему чаду.
Но Серега не послушался и похоронился на Ваганьковском, где покоилась бывшая интеллигенция по материнской линии.
Но до этого, до смерти, у него была какая-никакая, но вполне жизнь, включая и личную. Хотя последняя явно не задалась. Во-первых, жена вышла за Сергея замуж явно с оптическим прицелом на свое светлое будущее. Вскоре осознала, что отдала честь и достоинство совершенно задаром. Не простив собственного просчета, она нехотя выпила бутылку 'Столичной' и, оставив гулять на балконе коляску с сыном, бросилась с седьмого этажа.
Однако - неудачно: зацепилась своей цыганской юбкой за дерево.
Когда перепуганный Сергей прибежал в травмпункт, где ей накладывали гипс на три пальца, сломавшихся при попытке служителя жэка отцепить их от ветки, жена попросила подать ей зеркальце. Что наивный Сергей и исполнил.Жадно пожирая глазами свое отражение, она воскликнула незнакомым голосом:
- Боже! Какая я все-таки красивая! Пошел к черту!
А в отместку за утраченные иллюзии бывшая супруга запретила всяческое общение с сыном вне материального контекста.
Тогда Лохматый ужасно разозлился и решил разбогатеть вопреки всем законам природы, напрочь обделившей его даром накопительства. Он даже зашил дырки во всех своих карманах.